Александр Третьяков о том, как решать проблемы в регионах Кыргызстана

В Кыргызстане два года длился финансируемый Европейским союзом проект «Усиление вовлечения гражданского общества в общественные советы», в рамках которого работали несколько экспертов, проводивших тренинги как для членов общественных советов, так и госорганов. Один из них — Александр Третьяков, с которым беседовала редакция Kaktus.media.

— Как вы оцениваете нынешнее состояние общественных советов?

— Общественные советы, как демократический институт демократического управления, находятся на стадии становления. Им еще предстоит большой путь развития, освоения технологий, которые должны быть применены в управлении в стране. Поэтому состояние советов я бы сравнил с начальной школой этого движения. Мне кажется, что соединение двух институтов — общественных советов при госорганах и местных общественных советов — задает некоторый потенциал организации взаимодействия органов управления власти с гражданским обществом, населением. Это хорошая перспектива, которая должна быть реализована.

пропорции

— Общественные советы появились достаточно давно. Однако многие до сих пор считают их работу неэффективной и вообще ставят под сомнение необходимость их существования…

— По Конституции никто и не спрашивает, нужны они или нет. Это гражданская активность нашего населения. Согласно Конституции, любому гражданину можно и нужно организовывать такие сообщества, которые он считает нужным. Скептики думают, наверное, о каких-то показателях результативности. Да, общественные советы существуют давно и действуют согласно своим миссиям, целям и результатам безотносительно к той программной установке, когда создавали переходный механизм между обществом и системой управления.

На данном этапе их развития на советы нагружают функцию организации взаимодействия с органами власти и местного самоуправления с целью решения проблем населения более эффективно и качественно.

Если ставить вопрос об эффективности, то я бы выделил общественные советы на местах, которые созданы для решения каких-то локальных проектов, задач или проблем. Мы хорошо все знаем женские советы, молодежные, советы аксакалов, суды аксакалов. Все эти организации так или иначе решают местные проблемы. В чем новизна сегодняшнего подхода? Общественные советы могут сами решать, что они и делают. В этом их эффективность не подвергается сомнению. Они могут быть мостиком между потребностями населения и госорганами, то есть доносить до представителей власти те потребности и ту проблематику, которая волнует жителей. Вот с этой точки зрения я и говорю, что стадия развития общественных советов — пока начальная школа. Этот мостик – пока только проект, только начало работы. Пока по нему пойдут большегрузные автомобили, нужно много времени и усилий.

— Что может дать толчок для их развития?

— Уже дан толчок. Вот начиная с общественных наблюдательных советов при госорганах и закона, который по сути задал три их генеральные обязанности. Это выявлять в обществе те проблемы, которые подлежат решению, организовывать это выявление. Такая функция пока организована достаточно слабо. Вторая очень важная функция – помогать государственным органам принимать решения, которые нужны населению, обществу и так далее. Эта функция тоже достаточно слабо организована и тоже есть на то причины. Третья функция, которая была зафиксирована за аббревиатурой ОНС – контрольная и даже надзорная функция, связанная с антикоррупционными делами и нарушениями, которые только могут быть. Эта функция осваивается достаточно эффективно. То есть из заданных законом две функции на стадии становления, а третья достаточно проработана.

— Почему первые две не реализуются в полной мере?

— Мне кажется, что здесь есть принципиальные нестыковки. Допустим, это касается механизмов избрания в общественные советы людей и механизмов организации взаимодействия с населением. Здесь серьезные системные вещи, которые надо преодолевать. Например, если есть молодежные общественные советы или комитеты, то казалось бы эта функция должна быть реализована. Например, организации молодежи нужно создавать в том или ином месте, будь это село, айыльный округ или город. У молодежи этих мест есть специфические потребности и проблемы.

Как правило, общественные советы генерируют общестрановые задачи, цитируют ряд лозунгов о том, какая у нас несчастная молодежь. Вот это нужно преодолеть. Если ты работаешь с молодежью конкретного двора или улицы, то нужно именно их проблемы знать и доносить до айыл окмоту, местного кенеша и так далее. Этого не происходит.

— Несмотря на то что закон об общественных советах есть и лучше прописан механизм работы советов при госорганах, у малых общественных советов нет какого-то отдельного закона. Исследование показало, что многие вещи не прописаны, полномочия нормально не определены. Нужна ли, на ваш взгляд, институционализация?

— На последнем большом форуме малые общественные советы решили так себя не называть. Они теперь называют себя местными общественными советами, общественными советами на местах. Если посмотреть масштаб охвата страны, то как раз эти советы являются максимальными в стране по своему количеству, составу, охвату тех людей, с которыми они работают и на которые оказывают воздействие.

На мой взгляд, будущее развитие общественных советов как раз за советами местного уровня. Что касается институционализации, то, на мой взгляд, законодательная база достаточна: есть закон об общественных организациях, о неправительственных организациях, есть конституционная норма о праве создания любых организаций нашими гражданами. Пользуйся этим правом, пожалуйста, с созданием юридического лица или без. Нет необходимости специально создавать закон. Это один аргумент.

Второй аргумент – для меня очень важный – что если специально создавать закон по аналогии с общественными советами при госорганах, то местные советы по природе перестают быть принадлежащими гражданскому обществу и постепенно как бы переходят в состав правительственных учреждений. И вот этого надо избежать. Пусть они останутся в своей природе и ни в коем случае их не нужно делать при органах местного самоуправления.

Они должны существовать внутри местных сообществ и выражать их интересы. Это принципиальное различие: одни — при госорганах, вторые – внутри местного сообщества. Эта разница позволяет рассматривать оба таких подхода, которые в целостности могут создать для страны уникальный прецедент.

И может стать примером для всего земного шара.

На последнем большом форуме говорилось о построении механизмов институциализации взаимодействия этих двух типов институтов. Разговор получился очень сложный, но никто не сказал, что не надо такого взаимодействия. Вопрос в том, как его организовать, как войти в единое поле действия. В общественных советах при госорганах надо институционализировать регламенты, процедуры и так далее. А что касается местных общественных советов, их институтализация должна состоять в регламентации взаимодействия с общественными советами при госорганах, с органами власти, но не затрагивать их природу.

— В каком направлении необходимо развивать общественные советы при госораганах?

— Общественные советы при госорганах создавались после событий 2010 года, когда репутация и доверие к власти было на абсолютно недопустимом уровне. Вопрос о возвращении доверия к власти со стороны населения – стратегический вопрос. Он до сих пор таким является. Создание этого института и было задачей по построению моста между обществом и системой управления, который бы позволил обществу видеть, что делает государственный орган. И направлял бы государственные органы делать в большей степени то, что нужно обществу.

Как им лучше работать? Строить этот мост.

— В каких направлениях? Одно из них, скорее всего, повышение квалификации и вообще отбор членов общественных советов.

— Конечно, те люди, которые изъявили желание работать в общественных советах, это бескорыстные и активные люди, потому что там нет оплаты труда, нужно тратить очень много времени и энергии, сил и здоровья. И все это бесплатно. Поэтому, с одной стороны, энергетика и желание работать, должна сопровождаться, конечно, квалификацией. Потому что в государственных органах, несмотря на всю критику, люди занимают должности через процедуру отбора, сдают соответствующие экзамены, тесты и так далее. Любая должность в государственной структуре является профессиональной. Поэтому когда из гражданского сектора приходят люди и начинают взаимодействовать с профессионалом, тут возникают и трения, и недоумение. И так далее. Поэтому вопрос о повышении квалификации членов ОС остро стоит.

— Как это можно сделать?

— Очень просто. У нас есть Академия государственного управления. У нас есть много различных тренингов.

— Но они не системные.

— Насчет системности, в конце концов у нас 50 университетов в стране. Огромный академический потенциал. А у общественных советов, насколько я знаю, есть координационный совет, который может заказать какую-то образовательную программу. У нас достаточно профессоров, ученых и практиков, которые могут создать это все. Тут вопрос мотивации: действительно ли они хотят стать профессионалами.

— Поднимается ли вопрос о финансировании общественных советов? Эту тему сами члены ОС обсуждают. На ваш взгляд, нужно ли финансирование, если советы строятся на добровольных началах и они должны быть ближе к народу?

— Функции и задачи прописаны законом. Если сделать общественные советы еще и оплачиваемыми, то, конечно, теряется связь с населением. Член общественного совета становится наемным работником, а сами советы — продолжением тех госорганов, при которых работают. Здесь есть реальные противоречия.

В советы приходят люди активные, желающие реально что-то изменить, они тратят свое время. Казалось бы, должна быть какая-то компенсация. Согласен. Но не в форме оплаты труда, не в форме изменения природы общественных советов, которая должна оставаться нетронутой, ведь только тогда они могут выступать от имени общества. Иначе они прекратят быть тем институтом, который создавался изначально.

— Согласно опросу среди населения, проведенному в рамках проекта, граждане хотят, чтобы общественные советы решали вопросы, которыми занимаются госорганы или должны заниматься родители или учителя. Не кажется ли вам, что население вообще не понимает, о чем можно просить общественные советы?

— Я думаю, что наш народ очень мудр. В этом смысле если появляется какой-то общественный совет или еще кто-то и говорит, что будет решать какие-то вопросы, то мудрый народ говорит: «Решайте. Вот вам список вопросов, начиная от космических». В этом смысле я бы не сказал, что они не понимают. Наоборот, как раз хорошо понимают: если появляется какой-то ресурс, то почему бы им не

воспользоваться. Другое дело, общественные советы понимают, от чьего имени выступают? Пусть они решают проблемы, которые могут решить. Остальные доносят до органов власти. Тут как раз наступает та функция мостика. Эта важная функция сейчас на стадии становления.

Дальше есть еще и другая функция — нужно объяснять людям, что какие-то проблемы относятся к компетенции депутатов, которых они выбрали. И если депутаты не решают ваши вопросы, значит, это не те депутаты. Общественные советы не заменяют собой никакой из существующих общественных институтов. Более того, это опасное явление, когда избранные органы местного самоуправления подменяются общественными организациями. Это ненормально.

— Как вы думаете, почему так медленно развиваются общественные советы?

— Нужно различать в этом вопросе политическую конъюнктуру: когда что-то создают, нужно сделать пиар-ход, разлекламировать и так далее. И различать некоторые процессы становления разных институтов в существующем социуме. А они живут по другим законам, нежели законы пиара. Я вот иногда приводил примеры своим студентам. Если демократическое управление в Англии развивалось 200 лет, то у нас 20 с лишним лет. Поэтому если говорить о скорости, то мы многого добились за 20 лет. По сравнению с Англией это сверхскорость. Тоже самое с общественными советами. Вопрос стоит в том, что мы родом из Советского Союза, когда государство выделяло все. И вот эта логика иждивенчества осталась, как и претензии к государству.

Становление общественных советов – это саморазвитие. Человек сам должен пойти и что-то начать делать с соседом, другом, еще кем-то. А это медленно происходит. Это социо-культурный процесс, нужно поколения два. Два поколения – 50 лет, одно – 25 лет. Если советы созданы в 2010 году, то реальные результаты нужно ожидать в 2035 году, когда институт будет стоять на ногах. А до того момента нужно помогать становлению института, чем я и пытаюсь заниматься.

Источник: https://kaktus.media/374442

315 просмотров всего, 3 просмотров сегодня